Рисование и Тэзе.
Aug. 16th, 2005 02:03 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
aineskДавайте-ка я расскажу вам сказку.
Давным-давно, в тридесятом царстве в тридесятом государстве жил да был прекрасный принц. Три года назад, во Франции в Бургундии жил да был прекрасный повар…
Нет, лучше все по-порядку.
Три года назад я приехала с мужем в Тэзе. Поездка была – что-то вроде медового путешествия. Оно началось еще в июне, когда мы на две недели укатили в Крым, в Кацивели. Теперь, в Тэзе, мы собирались провести три-четыре недели, а затем поехать в Париж.
И вот, первая неделя. С самого начала не сложилось с библейской группой. Ну да ладно, впереди еще несколько недель, еще наговоримся-наобщаемся. И мы в первый же день отправились автостопом в Клюни, городок в 15 километрах от Тэзе. Знаменит Клюни тем, что в Средние века там было воздвигнуто огромное аббатство, которое затем было почти все разрушено в первую французскую революцию. От когда-то известного на всю Европу аббатства осталась лишь одна башня, зато уцелело много маленьких средневековых каменных домиков.
В Клюни невероятно приятно бродить по улочкам, заходить в величественные храмы, заглядывать в красочные витрины, наблюдать, как плетут кружева, смотреть на лошадей в роскошных конюшнях. Сами же французы, похоже, не понимают своего счастья: в этом году, когда я с подружками опять собиралась в Клюни, француженка из нашего барака удивилась: «Зачем вам в Клюни? Это же обычная французская деревня!»
На следующий же день мы пошли в Корматэн. Извилистая дорога вниз по холму, по мосту через речку – и мы уже на месте. Главная улица: с одной стороны, большая романская церковь, с другой – замок 17 века, окруженный рвом, с подземной темницей, кухней со множеством настоящих трав и вычурными интерьерами. Кстати, нам рассказали, что однажды в этом замке останавливался Горбачев.
Немножко погуляли, а потом я присела на каменный выступ одного из домов и стала писать акварелью вид на улицу. Я еще не успела сделать карандашный набросок, как из дома напротив – того самого, что попадал в мой рисунок – вышел француз с удочкой в одной руке и дочкой в другой. Завидев меня, они подошли поближе. Что-то спросили. Еле-еле я поняла, что мне нужно будет зайти с акварелью (когда она будет готова) в блинную напротив, и у меня ее купят. Купят?!!!! Я не могла поверить своим ушам. Обычно, по приезде во Францию, я почти не понимаю по-французски; давно забытые навыки вспоминаются постепенно; может я что-то не так поняла? И кто купит? Мне показалось, владелец блинной. А кто тогда этот человек?...
Когда через час акварель была готова, мы отправились в ресторанчик. На наше счастье, знакомец-француз был не один. Его хорошая знакомая прекрасно говорила по-английски. С ее помощью выяснилось, что владелец заведения, он же и единственный повар, он же – отец девочки, отправлявшейся на рыбалку – тот самый человек, что заговорил со мной час назад. Его звали Жан Люк. Он посмотрел на мою акварель, потом на акварель, сделанную накануне в Клюни, а потом сказал, что купит и ту и другую. Но одна деталь его все же не устраивает: блинная занимает первый этаж двух соседних домов. А на моей акварели виден только один, нет ни вывески, ни входа. Ему же хочется иметь большую картину с изображением обоих домов. И потому он делает мне заказ: написать маслом большой холст с видом на его ресторанчик.
Можете себе представить, как я была удивленна и обрадована! В тот же вечер Жан Люк накормил нас роскошным ужином. А на следующий день, когда я пришла к нему после обеда, меня уже ждал холст, мольберт и краски. Холст был куплен специально, а краски, кисти, палитра и остальные принадлежности он взял у своей знакомой.
Несколько дней подряд я приходила в Корматен и по нескольку часов писала пейзаж. Иногда Жан-Люк угощал меня ужином; один раз отвез обратно в Тэзе. Мы разговаривали с ним; поначалу с помощью все той-же его знакомой, потом даже безо всяких посредников по-французски.
К концу недели пейзаж был дописан, а мой французский меценат предложил чудеснейшую вещь. Он отвел нас к своему другу, который сдавал напрокат велосипеды: за неделю следовало платить 50 евро. Но за акварель с букетом цветов и небольшой пейзажик, надо сказать, очень плохенький, нам сделали исключение и предоставили 2 велосипеда БЕСПЛАТНО.
А дальше пошли чудесные дни. Велосипед оказался прекрасным подспорьем. В свободное время от работы, общения с иностранцами и посещений церкви мы объездили все окрестности. Съездили еще раз в Клюни, потом в еще один похожий городок в противоположной стороне от Тэзе, Сент-Жангу. В деревню на холме напротив Тэзе. В места, где росло много-много сладкой ежевики. Еще куда-то. Однажды, на обратном пути из такой поездки, мы попали под сильнейший ливень.
Впереди моего велосипеда была прикреплена корзинка. Я складывала в нее папку, бумагу, акварель, а приехав в красивое место, писала пейзажи. А муж в это время фотографировал: может, вы помните фотографии с краснеющим камнем, с окошками и с цепью? Это все фотографии того лета.
Палитру с остатками масла я забрала с собой. У меня был лист специальной бумаги для масла, и я, пропустив три обеда, нарисовала вот такой пейзаж с подсолнухами. По мере завершения работы у меня кончались краски: нарисовала небо – закончилась голубая, землю – кончилась бардовая, … желтой краски, впрочем, было предостаточно.
Через две недели мы уехали в Париж.
Несколько иллюстраций перед тем, как перейти к продолжению.
Акварель с улицей в Корматене:
Блинная. Это был четвертый пейзаж маслом в моей жизни, и первый - на настоящем холсте и такого размера.
К сожалению, фотография плохого качества. Асфальт, к примеру, не должен быть ни таким темным, ни столь синим.
Я с только-что законченным пейзажем на фоне блинной. Ее название: «Ti-Plaisir»:
Еще проданные акварели и рисунки:
В то счастливое лето, с мужем, после сытного ужина у Жана Люка.
И вот в этом году я опять оказалась в Тэзе. И опять в понедельник, на этот раз вместо ужина, взяв с собой двух подруг, я направилась в Корматин. Теперь на вывеске вместо слова «блинная» было написано «ресторан». За стойкой стоял неизменный Жан Люк. И на стенах висели мои акварели! А масло, по словам Жана Люка, висит у него в спальне :-)
По случаю столь приятной встречи нас угостили коктейлями, и пригласили на ужин в субботу. Правда, в субботу оказалось, что хозяина не будет, но его друг, тоже повар, приготовил для нас блины с овощами и козьим сыром, и шоколадно-блинный десерт с мороженым. А на прощанье он предложил моим подружкам поездить с ним по разным деревням в день взятия Бастилии на следующей неделе.
Надо сказать, что Жан Люк человек весьма странный. Еще когда мы познакомились, он много говорил о своих необычных способностях. Как-то раз, когда у меня болела голова, он взял стакан воды, проделал с ним какие-то пасы и дал мне выпить – боль как рукой сняло.
На этот раз он говорил, что продвинулся намного дальше в изучении своих парапсихических возможностей. Он показал нам стол, который он смог оторвать от земли на 10 сантиметров только лишь усилием мысли. Рассказал, что у него есть учитель. Что вскоре ему придется закрыть ресторан, и тогда он полностью займется «шаманством».
А вот и сам Жан-Люк. Фотография трехлетней давности (слева виднеется разноцветное пятно – мой пейзаж маслом):
И вот, теперь, когда я сижу у компьютера прохладной московской ночью, так греет душу мысль о том, что где-то, в далекой и солнечной Бургундии, в маленьком кафе висят мои работы.
Нет, лучше все по-порядку.
Три года назад я приехала с мужем в Тэзе. Поездка была – что-то вроде медового путешествия. Оно началось еще в июне, когда мы на две недели укатили в Крым, в Кацивели. Теперь, в Тэзе, мы собирались провести три-четыре недели, а затем поехать в Париж.
И вот, первая неделя. С самого начала не сложилось с библейской группой. Ну да ладно, впереди еще несколько недель, еще наговоримся-наобщаемся. И мы в первый же день отправились автостопом в Клюни, городок в 15 километрах от Тэзе. Знаменит Клюни тем, что в Средние века там было воздвигнуто огромное аббатство, которое затем было почти все разрушено в первую французскую революцию. От когда-то известного на всю Европу аббатства осталась лишь одна башня, зато уцелело много маленьких средневековых каменных домиков.
В Клюни невероятно приятно бродить по улочкам, заходить в величественные храмы, заглядывать в красочные витрины, наблюдать, как плетут кружева, смотреть на лошадей в роскошных конюшнях. Сами же французы, похоже, не понимают своего счастья: в этом году, когда я с подружками опять собиралась в Клюни, француженка из нашего барака удивилась: «Зачем вам в Клюни? Это же обычная французская деревня!»
На следующий же день мы пошли в Корматэн. Извилистая дорога вниз по холму, по мосту через речку – и мы уже на месте. Главная улица: с одной стороны, большая романская церковь, с другой – замок 17 века, окруженный рвом, с подземной темницей, кухней со множеством настоящих трав и вычурными интерьерами. Кстати, нам рассказали, что однажды в этом замке останавливался Горбачев.
Немножко погуляли, а потом я присела на каменный выступ одного из домов и стала писать акварелью вид на улицу. Я еще не успела сделать карандашный набросок, как из дома напротив – того самого, что попадал в мой рисунок – вышел француз с удочкой в одной руке и дочкой в другой. Завидев меня, они подошли поближе. Что-то спросили. Еле-еле я поняла, что мне нужно будет зайти с акварелью (когда она будет готова) в блинную напротив, и у меня ее купят. Купят?!!!! Я не могла поверить своим ушам. Обычно, по приезде во Францию, я почти не понимаю по-французски; давно забытые навыки вспоминаются постепенно; может я что-то не так поняла? И кто купит? Мне показалось, владелец блинной. А кто тогда этот человек?...
Когда через час акварель была готова, мы отправились в ресторанчик. На наше счастье, знакомец-француз был не один. Его хорошая знакомая прекрасно говорила по-английски. С ее помощью выяснилось, что владелец заведения, он же и единственный повар, он же – отец девочки, отправлявшейся на рыбалку – тот самый человек, что заговорил со мной час назад. Его звали Жан Люк. Он посмотрел на мою акварель, потом на акварель, сделанную накануне в Клюни, а потом сказал, что купит и ту и другую. Но одна деталь его все же не устраивает: блинная занимает первый этаж двух соседних домов. А на моей акварели виден только один, нет ни вывески, ни входа. Ему же хочется иметь большую картину с изображением обоих домов. И потому он делает мне заказ: написать маслом большой холст с видом на его ресторанчик.
Можете себе представить, как я была удивленна и обрадована! В тот же вечер Жан Люк накормил нас роскошным ужином. А на следующий день, когда я пришла к нему после обеда, меня уже ждал холст, мольберт и краски. Холст был куплен специально, а краски, кисти, палитра и остальные принадлежности он взял у своей знакомой.
Несколько дней подряд я приходила в Корматен и по нескольку часов писала пейзаж. Иногда Жан-Люк угощал меня ужином; один раз отвез обратно в Тэзе. Мы разговаривали с ним; поначалу с помощью все той-же его знакомой, потом даже безо всяких посредников по-французски.
К концу недели пейзаж был дописан, а мой французский меценат предложил чудеснейшую вещь. Он отвел нас к своему другу, который сдавал напрокат велосипеды: за неделю следовало платить 50 евро. Но за акварель с букетом цветов и небольшой пейзажик, надо сказать, очень плохенький, нам сделали исключение и предоставили 2 велосипеда БЕСПЛАТНО.
А дальше пошли чудесные дни. Велосипед оказался прекрасным подспорьем. В свободное время от работы, общения с иностранцами и посещений церкви мы объездили все окрестности. Съездили еще раз в Клюни, потом в еще один похожий городок в противоположной стороне от Тэзе, Сент-Жангу. В деревню на холме напротив Тэзе. В места, где росло много-много сладкой ежевики. Еще куда-то. Однажды, на обратном пути из такой поездки, мы попали под сильнейший ливень.
Впереди моего велосипеда была прикреплена корзинка. Я складывала в нее папку, бумагу, акварель, а приехав в красивое место, писала пейзажи. А муж в это время фотографировал: может, вы помните фотографии с краснеющим камнем, с окошками и с цепью? Это все фотографии того лета.
Палитру с остатками масла я забрала с собой. У меня был лист специальной бумаги для масла, и я, пропустив три обеда, нарисовала вот такой пейзаж с подсолнухами. По мере завершения работы у меня кончались краски: нарисовала небо – закончилась голубая, землю – кончилась бардовая, … желтой краски, впрочем, было предостаточно.
Через две недели мы уехали в Париж.
Несколько иллюстраций перед тем, как перейти к продолжению.
Акварель с улицей в Корматене:
Блинная. Это был четвертый пейзаж маслом в моей жизни, и первый - на настоящем холсте и такого размера.
К сожалению, фотография плохого качества. Асфальт, к примеру, не должен быть ни таким темным, ни столь синим.
Я с только-что законченным пейзажем на фоне блинной. Ее название: «Ti-Plaisir»:
Еще проданные акварели и рисунки:
В то счастливое лето, с мужем, после сытного ужина у Жана Люка.
И вот в этом году я опять оказалась в Тэзе. И опять в понедельник, на этот раз вместо ужина, взяв с собой двух подруг, я направилась в Корматин. Теперь на вывеске вместо слова «блинная» было написано «ресторан». За стойкой стоял неизменный Жан Люк. И на стенах висели мои акварели! А масло, по словам Жана Люка, висит у него в спальне :-)
По случаю столь приятной встречи нас угостили коктейлями, и пригласили на ужин в субботу. Правда, в субботу оказалось, что хозяина не будет, но его друг, тоже повар, приготовил для нас блины с овощами и козьим сыром, и шоколадно-блинный десерт с мороженым. А на прощанье он предложил моим подружкам поездить с ним по разным деревням в день взятия Бастилии на следующей неделе.
Надо сказать, что Жан Люк человек весьма странный. Еще когда мы познакомились, он много говорил о своих необычных способностях. Как-то раз, когда у меня болела голова, он взял стакан воды, проделал с ним какие-то пасы и дал мне выпить – боль как рукой сняло.
На этот раз он говорил, что продвинулся намного дальше в изучении своих парапсихических возможностей. Он показал нам стол, который он смог оторвать от земли на 10 сантиметров только лишь усилием мысли. Рассказал, что у него есть учитель. Что вскоре ему придется закрыть ресторан, и тогда он полностью займется «шаманством».
А вот и сам Жан-Люк. Фотография трехлетней давности (слева виднеется разноцветное пятно – мой пейзаж маслом):
И вот, теперь, когда я сижу у компьютера прохладной московской ночью, так греет душу мысль о том, что где-то, в далекой и солнечной Бургундии, в маленьком кафе висят мои работы.
