ainesk

Так я и не написала «15 фактов о книгах» – в ту пору, когда я каждый день находила в ленте одно или два сообщения с подобным заголовком, составить свой список меня совершенно не тянуло: какие-то моменты стали бы повторением раннее написанного мною, а какие-то – повторением расхожих признаний. Вроде того, что я частенько читаю в туалете.

В любом случае последним пунктом я описала бы мое недавнее открытие: под влиянием жж-шных постов я «изобрела велосипед» – другими словами, я стала счастливой обладательницей миниатюрного МР3 плеера, куда я теперь закачиваю аудио-книги на английском. Унылое ожидание автобуса после бассейна, долгое сиденье в электричке, дорогу с работы на нескольких автобусах-троллейбусах – все теперь скрашивает голос диктора, начитывающий страницу за страницей…

Пока что я прослушала всего (аж?) восемь книг – правда, все восемь из одной серии, и именно о ней мне очень захотелось сегодня написать.

_______________
Всем известно, что продолжения книг про полюбившихся читателям героев многое теряют по сравнению с первой книгой.

Бывает, доходит и до абсурда. Написала, например, одна американка написала книжек 19 про приключения четырех детей. Чудесные книжечки – простые, увлекательные. Как раз то, что нужно, чтобы заинтересовать детей в чтении. Каждая книжка посвящена очередной тайне, которую раскрывают дети в свои каникулы – зимние, весенние или летние. В летние можно успеть раскрыть даже несколько загадок. При элементарном подсчете получается, что на каждый год из жизни детей приходится по 4-5 книжек, и вскоре самому младшему и милому персонажу Бенни становится уже не шесть, а десять, а его старший брат поступает в колледж.

Но если вы зайдете в американскую библиотеку и подойдете к полке с книжками из этой серии, то вы несказанно удивитесь – вместо 18 книжек там будут стоять 118! На обложках напечатана хитрая формулировка «По мотивам книг N» (сама N давным-давно умерла), а внутри – очередные истории про все тех же четверых детей. Но – о чудо! – Бенни опять шесть лет. Дети помогают хозяевам маленькой пиццерии, раскрывают тайну кафе с мороженным, участвуют в театральной постановке, не забывают разгадать странную историю со скрипкой… они забывают только об одном – повзрослеть!

Двенадцать книжек американского писателя Лемони Сникетта с блеском проходят проверку на последовательность. В седьмой книжке мальчику Клаусу исполняется 13; его сестричка Санни (Солнышко) делает в той же книжке свои первые шаги, а книжкой раньше она начинает произносить всем понятные слова вместо абракадабры, которую в состоянии правильно расшифровать только ее старшие брат и сестра.

Может, все дело в том, что в изначальный замысел автора входит 13 книг – последняя пока еще не написана – под общим названием «33 несчастья» (так метко перевели русские переводчики оригинальное название «The series of unfortunate events»/ «цепь несчастных событий»). Книги посвящены злоключениям трех несчастных детей Боделеров: 14-летней Виолетты-изобретательницы, ее 12-летнего брата Клауса, который помнит чуть ли не дословно все прочитанные им книги, и их младшей сестрички Санни, которая в начале повествования еще не умеет ни говорить, ни ходить, зато является обладательницей четырех острых зубов (ее любимое занятие – грызть твердые предметы, вроде бронзового шара). Их дом сгорел, в пожаре погибли родители, и с тех пор дети мыкаются от одного опекуна к другому, а их преследует дальний родственник граф Олаф – мерзкий, коварный негодяй. Он мечтает убить детишек и завладеть баснословным наследством, которое завещали им родители и распоряжаться которым дети смогут только тогда, когда старшей сестре исполнится 18 лет.

Кажется, я достаточно раскрыла сюжет, чтобы вы поняли раз и навсегда – от этих книжек нужно держаться подальше. Если вам дорог ночной сон, если вы не хотите ходить с заплаканными глазами, если вы стремитесь обходить стороной горе, невзгоды и отчаяние – срочно закройте страницу браузера! Вам кажется, что я хочу вас надурить – что вы, что вы, именно с подобного совета начинаются все без исключения повествования о Боделеровских сиротах. Я и сама поначалу воспринимала подобные предостережения автора как необычную шутку или удачный рекламный ход, наподобие «Вредных советов» Остера. Но книжке к восьмой, я наконец осознала, сколь прав был автор. Да, каждая история заканчивается неким подобием «хэппи-энда»: дети в очередной раз сумели собственной смекалкой избежать козней графа Олафа. Но положение их становится все более и более ужасающим; если поначалу опекуны попадаются человечные, а мистер По, банковский управляющий наследством Боделеров, полон сочувствия к бедным сиротам, то постепенно… впрочем, я уже зареклась рассказывать про все ужасти этой – «одной из самых устрашающих на свете» – книг.

Что же тогда заставляет меня – и еще тысячи детей и взрослых по всему миру – читать эти «ужасные» книжки?

Во-первых, автор сумел создать неповторимый логично-нелогичный мир, основанный на преувеличениях, переигрывании и чрезмерной драматизации. В нем нет ни добрых фей, ни злых волшебников – никаких извечных атрибутов детских сказок. Но при том равноценными оказываются столь противоположные вещи, как «нанять лимузин» и «взять напрокат ослика», «попытка украсть наследство» и «холодная каша на завтрак»…

В этом мире есть и компьютеры – но в каждом мало-мальском приличном доме находится собственная библиотека, в нем ездят автобусы и автомобили, но при том добраться до нужного места, было бы время, можно и на осле, а можно – на огромном летающем доме с воздушными шарами; в нем есть банки, полиция и суды, но при том толпа граждан не прочь сжечь преступника на костре; там строят высоченные небоскребы, но, поскольку лифты выходят из моды, подниматься на 48 – а может, на 84 этаж приходится пешком по лестнице.

В этом мире высмеиваются всевозможные пороки нашего мира – лживые газеты, бумажная бюрократия, психология толпы… Незаметные черточки характера – иррациональные страхи, нелюбовь к спорам, покладистость, боязнь публичных выступлений, следование букве инструкции – автор доводит до абсурда, раздувает до самых главных характеристик персонажей и во всей красе показывает их пагубность и нелепость.

В этом реальном, хоть и гиперболизированном мире – сказочная логика. Чтобы все мысли Вайолет устремились к изобретению очередного механизма или приспособления для спасения жизни, ей нужно обязательно собрать волосы в перевязанный лентой хвост. А ее друг Дункан – будущий журналист – не может пересказать ни один найденный им факт не проконсультировавшись со своей записной книжкой.

Во-вторых, автор столь горазд на выдумки, что читать все дальше хочется хотя бы для того, чтобы узнать, что еще страшного и комичного сумел напридумать автор. На-придумать ли? Лемони Сникетт оказывается сам вовлеченным в злоключения Боделеров. Постепенно, из книги в книгу, вырастают очертания ужасного заговора, загадочной организации – и оказывается, что автор имел ко всему самое непосредственное отношение. Он – и Беатриса, любовь всей его жизни, которой он посвящает каждую книгу, и которая давным-давно лежит в могиле. А из единственного доступного источника информации – коротенького текста на официальном сайте книг – следует, что «последние несколько эпох мистер Сникетт посвятил изучению череды несчастий, выпавших на долю сирот Бодлер. Поскольку в силу некоторых, не до конца изученных обстоятельств, мистера Сникета окружает мрачная завеса тайны, с широкой публикой он общается с помощью своего официально неофициального представителя по имени Дэниел Хэндлер.» С мистером Хэндлером, кстати, вполне можно познакомиться: ведь именно он заменяет мистера Сникетта на встречах с читателями коллеги.

В-третьих, книги написаны просто-таки великолепным языком! Писатель – прекрасный мастер изящной игры слов, говорящих имен (в книге есть и мистер По, и мистер Оруэлл, тройняшки Айседора и Дункан), изысканной, легкой прозы и едкой сатиры. Особенно удачно ему удается обыгрывать фразеологизмы, коими столь богат английский язык. Эта находка, а также объяснение Клаусом сложных слов («компатриоты», к примеру), почерпнутое им из чтения умных книжек, и остроумные замечания по поводу контекстуальных значений слов – все это особенно умиляет меня во время слушания очередного опуса, а заодно ненавязчиво обогащает словарный запас.

Ну и, наконец, все трое детей так преданны друг другу, так чутко поддерживают друг друга в минуты – нет, в часы и дни испытаний, и так изобретательно выбираются из кошмарных ситуаций, что к ним проникаешься неподдельной симпатией, с замиранием сердца следишь за всеми перипетиями и радуешься малейшему проблеску света в темном царстве: это выражение означает здесь «радуешься даже призрачной удаче в несправедливом мире, где верят только взрослым и переодетым негодяям, где детям приходится то работать на лесопилке, то делать домашние дела за целый город, где младенец получает должность секретаря, а завуч школы каждый день мучит своих подопечных фальшивой игрой на скрипке, где на обед рабочим дают жвачку, а зарплату платят купонами со скидкой, где люди погибают от кровожадных пиявок, страшных машин, уколов змеиным ядом, а детей обвиняют в убийстве и где единственное, что можно с высокой степенью вероятности ожидать от распорядителя финансовыми делами сирот – его постоянный кашель.»

P.S. Говорят, книжкам повезло с переводчиками – и многие языковые и стилистические находки автора сохранены в русской версии.

P.P.S. А еще в прошлом году вышел прекрасный фильм по первым трем книгам серии.